info@allprague.cz
+420 774719996
94d0fd0e1034c1a7524e7422d1a3191d.jpg

На помощь Чехословакии

Вперед, на Прагу!

Итак, 2 мая 1945 г. Берлин пал. Утром 1 мая над рейхстагом уже развевалось красное знамя: Его водрузили славные советские воины, прошедшие с боями от Москвы и Сталинграда до самого вражеского логова. В результате наступления войск антигитлеровской коалиции, и в первую очередь от мощных и стремительных ударов Красной Армии, третий рейх развалился. Но, видно, слишком большую вину перед советским народом чувствовали фашистские разбойники. Как загнанный зверь, они метались накануне своей неизбежной гибели в поисках спасения, уповая на милость англичан и американцев.

Гросс-адмирал Дениц{283} сообщил генералу Эйзенхауэру{284}, что желает направить к нему адмирала фон Фридебурга, который только что закончил переговоры с фельдмаршалом Монтгомери{285}. В то же время Дениц и не думал прекращать военные действия против Красной Армии.

«Сопротивление против советских войск должно продолжаться. Оно имеет целью спасение немцев от захвата их советскими войсками»{286}, — такую установку давало своим генералам верховное военное командование фашистской Германии в последние дни войны.

Наиболее сильной оказалась вражеская группировка на территории Чехословакии. Находившаяся там группа армий «Центр» насчитывала 1 млн. 200 тыс. солдат и офицеров. Командовавший этими войсками генерал-фельдмаршал Шернер и имперский министр по делам протектората Чехия — Моравия Франк полагали, что им удастся помешать вступлению Красной Армии на территорию Западной Чехии и отвести собственные войска на запад, за линию американских войск. Они рассчитывали даже на сепаратные действия со стороны англо-американского руководства.

Необходимо отметить, что правящие круги США и Англии к этому времени взяли так называемый жесткий курс по отношению к СССР. Эта политика была отражена и в известных указаниях английского премьер-министра У. Черчилля фельдмаршалу Монтгомери: «Старательно собирать германское оружие и складывать его, чтобы легче было снова раздавать германским солдатам, с которыми нам пришлось бы сотрудничать, если бы советское наступление продолжалось»{287}.

Тогдашние наши союзники намеревались в последние дни войны оккупировать Чехословакию и ввести свои войска в Прагу. Особенно на этом настаивал Черчилль: «Я считаю чрезвычайно важным, чтобы мы встретились с русскими как можно дальше на востоке»{288}, — писал он еще 2 апреля 1945 г. генералу Эйзенхауэру.

В первых числах мая на территории Чехословакии, еще остававшейся под игом немецко-фашистских захватчиков, активизировалось национально-освободительное движение. Под руководством Коммунистической партии Чехословакии готовились вооруженные восстания в Праге и других городах.

В этой обстановке перед Советским Верховным Главнокомандованием встала задача в кратчайший срок разгромить и пленить на территории Чехословакии последнюю крупную группировку фашистских войск и в самые сжатые сроки завершить освобождение Чехословакии и ее столицы от гитлеровских захватчиков.

Для этой цели планировалось нанесение ударов по обоим флангам группы армий «Центр»: из района северо-западнее Дрездена войсками 1-го Украинского фронта и из района южнее Брно войсками 2-го Украинского фронта с последующим развитием их по сходящимся направлениям на Прагу.

Одновременно с нанесением этих ударов имелось в виду наступлением центра и левого крыла 1-го Украинского фронта с северо-востока, всех сил 4-го Украинского фронта с востока и армий правого крыла 2-го Украинского фронта с юго-востока рассечь окружаемую группировку на части, обеспечив тем самым ее быстрейший разгром и пленение. Намечалось также создание внешнего фронта окружения. Войска, образовавшие этот фронт, должны были войти в соприкосновение с американскими войсками, выходящими на западную границу Чехословакии.

1-й Украинский фронт получил задачу: «... Не позже 3 мая закончить ликвидацию окруженной группировки немецко-фашистских войск в районе Луккенвальде и очистить от противника территорию Берлина в своих границах. Войска правого крыла фронта использовать для стремительного наступления в общем направлении на Прагу. Передовыми частями правого крыла выйти на реку Мульде»{289}.

2 мая мы получили директиву командующего войсками 1-го Украинского фронта сдать свой боевой участок войскам 1-го Белорусского фронта и сосредоточиться в лесах в 35-50 км южнее Берлина для подготовки удара на Прагу. В директиве указывалось: «Войсками правого крыла перейти в стремительное наступление по обоим берегам реки Эльбы в общем направлении на Прагу с целью разгромить дрезденско-гёрлицкую группировку противника и танковыми армиями на шестой день операции овладеть столицей Чехословакии городом Прага»{290}.

Для достижения поставленной цели командованием предусматривалось нанести главный удар из района Ризы силами трех общевойсковых армий: 3-й гвардейской генерал-полковника В. Н. Гордова, 13-й генерал-полковника Н. П. Пухова и 5-й гвардейской генерал-полковника А. С. Жадова и двух танковых: 3-й гвардейской генерал-полковника П. С. Рыбалко и 4-й гвардейской.

Наша 4-я гвардейская танковая армия должна была наступать вдоль западных берегов рек Эльбы и Влтавы в общем направлении Теплице-Шанов-Прага.

Танковые армии должны были действовать в боевых порядках общевойсковых армий, нанося удар одновременно с ними:

4-я гвардейская танковая — в полосе 13-й армии, а 3-я гвардейская танковая — первоначально в полосе 3-й гвардейской, затем в полосе 5-й гвардейской общевойсковых армий.

4-й гвардейской танковой армии предписывалось с участка 13-й армии наступать в направлении Носсен — Теплице-Шанов — Прага и на шестой день с запада и юго-запада вместе с 3-й гвардейской танковой армией овладеть Прагой. В первый день операции предстояло занять район Госберг, Обер-Шар, Носсен.

Танковые армии должны были сразу же после прорыва вражеской обороны, не втягиваясь в бои за Дрезден, стремительно, на плечах противника совместно с общевойсковыми армиями овладеть горными перевалами и через Рудные горы выйти в Чехословакию на тылы группы армий «Центр».

Готовность к наступлению назначалась на вечер 6 мая{291}.

Нашим ближайшим правым соседом, наступавшим на г. Хемниц (ныне Карл-Маркс-Штадт), был 25-й танковый корпус генерал-майора Е. И. Фоминых (после овладения Прагой это соединение перешло в наше оперативное подчинение). Этот танковый корпус окончательно разгромил банду Власова, пленив его самого со штабом 11 мая 1945 г. в районе г. Хемниц. Важную роль в пленении Власова сыграл командир мотострелкового батальона 181-й танковой бригады полковника Мищенко капитан Якушев. За этот подвиг он удостоен ордена Суворова II степени.

Получив директиву, мы вместе со штабом при участии командира 1-го гвардейского штурмового авиационного корпуса В. Г. Рязанова внимательно изучили замысел предстоящей операции и в тот же день поставили задачи войскам. 6-му гвардейскому механизированному корпусу{292} со средствами усиления совместно с 13-й армией приказывалось прорвать оборону противника на участке Мюгельн, Наундорф и к исходу первого дня, стремительно наступая в направлении Катниц-Носсен, овладеть районами: главными силами — Гросс-Фойгтсберг, Хиршфельд, Носсен, передовым отрядом — Фрейберг. Разведку вести в направлении Одеран — Мительзейда. На второй день операции развить наступление на Лихтенберг и к исходу дня овладеть районом Фридебах, Нассау, Диттерстбах. 10-му гвардейскому танковому корпусу совместно с частями 13-й армии предстояло начать наступление на участке Казабра, Реппен и, стремительно наступая в направлении Некканиц-Рауслиц, к исходу первого дня овладеть районом Обер-Шар, Мохорн, Таннеберг. На второй день операции развивать наступление в направлении Гриллебург-Шёнфельд и к исходу дня овладеть районом Хермсдорф, Хённерсдорф, Рейхенау.

5-й гвардейский механизированный корпус получил задачу двигаться во втором эшелоне за 6-м гвардейским механизированным корпусом, находясь в готовности отразить контратаки противника с юго-запада, и развить наступление 6-го гвардейского механизированного корпуса. К исходу первого дня операции он должен был выйти в район 8 км северо-западнее Носсена, а затем выдвинуться к Вейсенбергу (6 км юго-восточнее Фрейберга).

Всем соединениям предписывалось развивать стремительные действия, особенно в первые два дня операции, с тем чтобы успеть захватить перевалы горного кряжа прежде, чем противник сумеет организовать на них оборону; не прекращать наступления ночью; учесть особенности действия на пересеченной горно-лесистой местности. В передовые отряды были включены саперные части и переправочные средства{293}.

В резерв предназначались 68-я гвардейская танковая и 70-я гвардейская самоходно-артиллерийская бригады, а также ряд других частей армейского подчинения. Оперативная группа штаба армии должна была следовать с главными силами 10-го гвардейского корпуса.

3 мая 4-я гвардейская танковая армия передала свой боевой участок 69-й армии 1-го Белорусского фронта и на следующий день сосредоточилась в лесах в районе Даме южнее Берлина.

Личный состав частей и соединений напряженно работал над подготовкой марша в ночное время. Переправа через Эльбу в районе Торгау с наступлением темноты должна была обеспечить внезапность нашего появления перед обороняющимися немецко-фашисткими войсками. Исключительно внимательно и вдумчиво.отнеслись к подготовке этой заключительной операции К. И. Упман, С. С. Маряхин, Н. Ф. Ментюков, А. Я. Остренко, М. А. Полуэктов, командиры корпусов Е. Е. Белов, И. П. Ермаков, С. Ф. Пушкарев и все другие командиры соединений и частей.

Перед началом Пражской операции в войсках проводилась большая партийно-политическая работа, организованная политотделом армии под руководством Н. Г. Кладового. Лозунг «Вперед, на Прагу!» был подхвачен всем личным составом армии, вселял непоколебимую уверенность в близком победоносном окончании войны. Агитационно-пропагандистская работа направлялась на укрепление братской дружбы с народами Чехословакии. Командиры, политработники, партийные и комсомольские активисты разъясняли воинам содержание соглашения от 8 мая 1944 г. об отношениях между чехословацкой администрацией и советскими войсками после вступления их на территорию Чехословакии. Внимание всего личного состава обращалось на необходимость повышения бдительности, ведение беспощадной борьбы с гитлеровской агентурой и с предателями народа, помогающими фашистам{294}.

Целеустремленность партийно-политической работы обеспечила высокий наступательный порыв воинов, еще более укрепила их настойчивое стремление как можно быстрее вызволить из неволи чехов и словаков.

До начала операции было подано в среднем 2 боекомплекта, 3 заправки горючего для танков, 3,5 заправки для автомашин, продовольствия 10 сутодач{295}.

Мы с В. Г. Гуляевым выехали к своим соседям и встретились с командующим 13-й армией генералом Н. П. Пуховым и членом военного совета армии М. А. Козловым, чтобы увязать наши действия. Встреча была короткой, но деловой.

В ночь на 5 мая войска армии начали марш. 5 мая получили указание от командующего фронтом атаковать противника не 7 мая, как предписывалось первоначально, а на день раньше — 6 мая. Это, видимо, обусловливалось всей военно-политической обстановкой в последние дни войны, и частности восстанием в Чехии, о подготовке которого уже упоминалось. Оно развернулось с большой силой в Праге. Гитлеровский гауляйтер Франк, чтобы выиграть время, начал переговоры с руководством восставших, а Шернер отдал категорический приказ о подавлении восстания любыми средствами. Нам до наступления на Прагу об этом не было известно, но Ставка Верховного Главнокомандования, конечно, располагала соответствующей информацией.

Переправившись через Эльбу в районе Торгау и несколько южнее, к утру 6 мая армия главными силами заняла исходное положение для наступления на рубеже Мюгельн, Церен (50 км северо-западнее Дрездена). Некоторые наши части в это время были еще в пути.

Вблизи района сосредоточения армии находились соединения американских войск. Конкретных данных о характере и силе обороны противника от союзников мы не получили — трудно сказать почему. Нам пришлось провести боевую разведку, чтобы установить характер обороны противника и определить, проводить ли артиллерийскую подготовку по обнаруженным целям или, если оборона противника окажется недостаточно прочной, сразу же за боевой разведкой ввести сильные передовые отряды, что было возможно, поскольку противник не ожидал здесь нашего наступления.

Вскоре подъехал командующий 13-й армией Н. П. Пухов. Мы вместе дождались результатов боевой разведки. Они были отрадными для нас — сплошной оборонительной линии у противника не было, имелись лишь отдельные узлы сопротивления. Обсудив положение, мы решили, не теряя времени, нанести пятиминутный артиллерийский огневой налет по обнаруженным очагам сопротивления и, не ожидая авиационного удара, атаковать неприятеля сильными передовыми отрядами. Мы считали, что если оборона врага в глубине окажется серьезной, то боем передовых отрядов можно выявить ее характер и силы, если же сопротивление неприятеля удастся сломить сразу на всю тактическую глубину, то тогда без промедления можно ввести в сражение главные силы армий для развития наступления на Прагу. Войска Пухова были в основном на марше.

В передовые отряды были назначены: от 10-го гвардейского танкового корпуса — 63-я гвардейская танковая бригада полковника М. Г. Фомичева, усиленная 72-м гвардейским тяжелым танковым полком майора А. А Дементьева и мотострелками 29-й гвардейской мотострелковой бригады полковника А. И. Ефимова; от 6-го гвардейского механизированного корпуса — 35-я гвардейская механизированная бригада полковника П. Н. Туркина, усиленная артиллерией и корпусным танковым полком. Вскоре подошел передовой отряд от 13-й армии.

Поддерживать наступление должны были истребительная авиадивизия трижды Героя Советского Союза полковника А. И. Покрышкина, штурмовая авиация генерал-лейтенанта В. Г. Рязанова и бомбардировщики генерала Д. Т. Никишина.

В 8 час. утра 6 мая мы находились у себя на наблюдательном пункте. В 8 час. 30 мин. после короткого артиллерийского налета передовые отряды начали атаку. Мы наблюдали, как наши танки (их в обоих передовых отрядах насчитывалось около 150) построились в боевой порядок — углом вперед. Такой порядок построения выгоден в случае внезапного противотанкового огня противника и при наличии минных полей. К тому же такое построение обеспечивало эффективное ведение огня, как фронтального, так и флангового, тогда как боевой порядок в линию позволял вести огонь по существу только перед фронтом и не гарантировал от внезапных сюрпризов.

Смело шли танки, сокрушая врага огнем, броней и гусеницами. На виду у нас пылали вражеские боевые машины и другая техника. Враг оказывал упорное сопротивление. Отдельные группы гитлеровцев сдавались в плен, видимо, они никак не могли сообразить, что же случилось, кто наступает. Американцы? Но почему же тогда они бьют «по-русски»? Через 30-35 мин. к нам на КП на бронетранспортере подъехал помощник начальника связи 10-го гвардейского танкового корпуса майор И. Л. Андреенко и доставил ценные сведения о противнике. Но как только он отъехал, шальной снаряд сразил его вместе с командиром взвода П. А. Егоровым. Мы очень сожалели об их безвременной гибели.

Вскоре к нам на НП доставили 4 пленных офицеров с картами, на которых была нанесена обстановка. Стало совершенно ясно, что жесткой обороны у противника здесь нет, как мы и предполагали. Из показаний пленных выяснилось, что командование неприятеля, знавшее, что в этом районе располагаются американские войска, было убеждено, что те наступать не будут. Поэтому атака наших передовых танковых отрядов оказалась для них полной неожиданностью.

В 10 час. 30 мин. я доложил командующему войсками фронта о результатах боя передовых отрядов, стремительно развивавших наступление, кратко изложил данные о характере обороны неприятеля, его поведении и просил разрешения наступать всеми войсками.

В 11 час. 20 мин. к нам на НП прибыли командующий фронтом И. С. Конев и член военного совета фронта генерал-лейтенант К. В. Крайнюков. Убедившись в нашем успехе, командующий фронтом дал указание ввести в бой главные силы армии.

Мне дорога была каждая минута, и я попросил разрешения выехать с оперативной группой вперед, к главным силам, части которых как раз проходили близ нашего НП, а из открытых люков танков доносились возгласы: «Даешь Прагу!».

Примерно через полчаса, уже в пути, мы узнали из радиосообщений, что 5 мая в Праге началось восстание чехословацких патриотов. Ядром восстания явились рабочие коллективы крупных заводов «Шкода-Смихов», «Вальтер», «Авиа», «Микрофон», «Эта», «ЧКД».

Позже стали известны подробности. Повстанцы добились серьезных успехов. Они заняли радиостанцию, почту, телеграф, центральную телефонную станцию, центральные вокзалы, городскую электростанцию, большинство мостов через Влтаву.

По инициативе коммунистов в ночь на 6 мая чешский Национальный совет обратился к жителям столицы с призывом строить баррикады. В течение ночи было воздвигнуто 1600 баррикад. На них сражались около 30 тыс. человек.

Восстание в Праге принимало все большие масштабы. Для его подавления фашистское командование в помощь своему гарнизону бросило танки и самолеты. Немецко-фашистские изверги жестоко расправлялись с населением, не щадя ни женщин, ни детей. Особенно зверствовали эсэсовские части в рабочих районах города. Повстанцы сражались с величайшим мужеством и отвагой.

Важную роль в поддержании стойкости борцов играла вышедшая после шести лет подполья газета «Руде право», где было опубликовано воззвание ЦК КПЧ к коммунистам, в котором говорилось: «Коммунисты! Вчера началось наше непосредственное участие в боях. Докажите, что в открытой борьбе против врага вы будете столь же стойкими, смелыми и находчивыми, как и во время шестилетней жестокой борьбы с извергами гестапо. Будьте всюду лучшими из лучших и славно пронесите к цели свое знамя, пропитанное кровью тысяч своих товарищей. Железная дисциплина большевистской партии и воодушевление братской Красно Армии служат вам ярким примером. Вперед, в последний бой за свободную, народную, демократическую Чехословацкую республику!»{296}.

Несмотря на героизм патриотов, восставших в Праге, врагу в течение 6 мая удалось после ожесточенных боев захватить ряд баррикад. Фашисты начали пробиваться к центру города. Наступал кризис восстания.

Из подвала осажденного гитлеровцами здания пражского радио чехословацкий диктор на русском языке взывал о помощи: «Внимание! Внимание! Говорит чешская Прага! Говорит чешская Прага! Большое количество германских танков и авиации нападает в данный момент со всех сторон на наш город. Мы обращаемся с пламенным призывом к героической Красной Армии с просьбой о поддержке. Пришлите нам на помощь танки и самолеты, не дайте погибнуть нашему городу Праге!».

Воины Красной Армии, узнав об обращении по радио чехословацкого народа, с еще большим воодушевлением и энергией стремились как можно быстрее достигнуть Праги и помочь восставшим.

Войска 1-го Украинского фронта наступали с севера и северо-запада. С востока шли соединения 4-го Украинского фронта, а с юго-востока развивал успех 2-й Украинский фронт.

Командир 63-й гвардейской танковой бригады генерал-майор М. Г. Фомичев действовал стремительно и продуманно; без нужды главные силы не развертывал, оставлял в стороне вражеские узлы сопротивления, с которыми расправлялись главные силы корпуса. Впереди бригады М. Г. Фомичева стремительно продвигался 2-й танковый батальон. Он быстро и умело обходил очаги обороны противника, но, если этой возможности не представлялось, огнем, броней и гусеницами подавлял врага и настойчиво шел вперед. В одной из горячих схваток с гитлеровцами погиб лейтенант Б. И. Новожилов — связист 152-го гвардейского батальона связи. Его имя выгравировано на танке № 23, установленном в Праге на площади Советских танкистов.

К вечеру 6 мая войска нашей армии, пройдя 50 км, вышли на рубеж Вальдгейм, Зибелен, а передовыми отрядами продвинулись вперед до 65 км, овладели важным железнодорожным узлом — г. Фрейберг. Передовые отряды захватывали узлы дорог, дефиле и перевалы. Они опережали противника, не позволяя ему занять подготовленные для обороны рубежи на германо-чехословацкой границе и оседлать горные перевалы.

7 мая 4-я гвардейская танковая армия продвинулась еще на 50-60 км, до рубежа Фрауэнштейн, Зайда. Вскоре все перевалы через Рудные горы были в наших руках. 10-й гвардейский танковый корпус занял Теплице-Шанов, а 6-й гвардейский механизированный корпус — Духцев. Перейдя границу Чехословакии, мы были восторженно встречены населением братской страны.

Противник отступал с боями, цеплялся за каждый выгодный рубеж, устраивал в узких местах, на перевалах и в теснинах завалы и минные заграждения. Саперы генерал-майора М. А. Полуэктова прокладывали путь танкам в горах, покрытых лесами. Чехословацкие друзья показывали нам. как лучше обойти препятствия. Повсюду слышались возгласы «Наздар!».

Большую трудность представляло преодоление отвесных каменистых склонов, покрытых лесом. Пришлось прибегать к изобретению механиков-водителей: траки на гусеницах через один переворачивали гребнем наружу, тогда зацепление за грунт было надежно обеспечено.

Не могу не привести один любопытный эпизод. Наша оперативная группа оказалась в горном районе, богатом железной рудой. Стрелка компаса показывала куда угодно, только не на север. Чтобы лучше ориентироваться на местности, я взобрался на пограничную вышку. По восточным скатам Рудных гор в предрассветной мгле виднелось много заводских труб. А на карте там значился лес и несколько деревень. Я не на шутку огорчился, подумав, не сбились ли мы со своего направления. Но, к счастью, в этот момент начало всходить солнце. Оказалось, что мы идем правильно, точно на восток, а заводы, как потом выяснилось, были построены гитлеровцами в последние годы. Немецко-фашистское руководство строило здесь свои оборонные предприятия, учитывая, что территорию Чехословакии мы бомбить не будем.

Во второй половине дня 7 мая, когда штаб армии находился на восточной окраине г. Фрейберга, вблизи появились танки противника. Генерал К. И. Упман приказал личному составу штаба армии немедленно перейти в лес юго-восточнее города и организовать оборону. Штаб оказался в чрезвычайно тяжелом положении — сюда с северо-востока подошли многочисленные неприятельские части с танками и артиллерией. Но в это время в район г. Фрейберга вошел следовавший за нашим 10-м корпусом 7-й гвардейский танковый корпус 3-й гвардейской танковой армии, которым командовал генерал В. В. Новиков{297}. Его танкисты разгромили вражеские части, выручили наш штаб из беды и двинулись дальше.

К исходу 7 мая 4-я гвардейская танковая армия главными силами преодолела Рудные горы и уже находилась в 150-160 км северо-западнее Праги. За ними продвигалась 13-я армия. Слева шла 3-я гвардейская танковая армия и другие войска 1-го Украинского фронта. С востока двигались 1-я гвардейская, 38, 60 и 18-я армии 4-го Украинского фронта. С юго-востока развивал успех 2-й Украинский фронт.

Действуя в трудных условиях горной местности, гвардейцы 16-й механизированной бригады Г. М. Щербака утром 8 мая ворвались в г. Мост, имеющий большое военно-промышленное значение. Там был размещен крупный завод по производству синтетического бензина. Бригада уничтожила более 20 вражеских орудий, разгромила фашистский гарнизон и освободила город.

Навстречу советским воинам вышли сотни и тысячи мужчин, женщин, подростков. Это были русские, чехи, поляки, французы, датчане, люди многих других национальностей, которых гитлеровцы угнали из родных мест на каторжные работы. Их руками фашисты строили заводы и фабрики. Люди были измождены непосильным трудом. Они бросались к нашим воинам, обнимали и целовали их, дарили цветы и со слезами на глазах выкрикивали: «Да здравствуют освободители!», «Да здравствуют русские!», «Да здравствует свобода!». Мы вместе с командиром 6-го гвардейского механизированного корпуса С. Ф. Пушкаревым и начальником политотдела корпуса полковником Г. И. Потаповым оказались в центре этой ликующей толпы. А мимо нас дальше на Прагу шли бригады нашего 5-го гвардейского механизированного корпуса И. П. Ермакова.

militera.lib.ru

Последние отзывы

Интересные места

  • Riegrovy Sady (22465)

    Прага — это прежде всего город красивых видов. Литосферные плиты и время подарили местности, в которой расположена столица Чешской Республики, невероятный...

    Подробнее: Riegrovy Sady

  • Абсент-бар (22576)

    Другим популярным алкогольным напитком в Чехии является абсент. И в Праге есть бар, полностью ему посвященный – Absinthe Time bar. В меню заведения десятки...

    Подробнее: Абсент-бар

  • Бар U Trojského koně (22133)

    «У тройского коня» (не путать с троянским) — это бар, галерея, открытая площадка для творчества, театр, кинотеатр и место встреч приятных людей. Всё это под открытым...

    Подробнее: Бар U...

  • Королевство железных дорог (22495)

    Многие в детстве мечтали об игрушечной железной дороге. Королевство железных дорог – это апогей детских грез, это самая крупная действующая модель железных...

    Подробнее: Королевство...

  • Музей Lego (23284)

    Еще одно волшебное место для детей и тех, кто молод душой, — музей Lego. Пражский музей этого всемирно известного конструктора является самым...

    Подробнее: Музей Lego

  • Музей КГБ (23166)

    В Праге немало мест, памятующих об общем советско-чешском социалистическом прошлом. Одно из самых неординарных – музей КГБ. Он был открыт в 2011...

    Подробнее: Музей КГБ

  • Набережная Naplavka (23146)

    В Чехии нет моря, поэтому атмосферу приморской набережной пражане компенсировали пространством Наплавка у Влтавы. Это излюбленное место местной...

    Подробнее: Набережная...

  • Национальный технический музей (20878)

    Пражский Национальный технический музей – это рай для любителей техники и технологий. В начале ХХ века Чехия считалась одним из самых продвинутых в плане технологий...

    Подробнее: Национальный...

Интересные статьи

Брошюра "замок Карлштейн" в PDF

brosh karl s 1